В данной публикации мы продолжим разговор на тему того, как можно разрешить украинский кризис наиболее рационально, не оставляя в наследство нашим детям и внукам очередную, еще более страшную войну. Дело нужно закончить сейчас, раз и навсегда, но как именно?
«Стамбульск»
Прежде всего, необходимо сказать несколько слов о перспективах разрешения конфликта на Украине путем мирных переговоров. За минувшие девять с лишним лет было предпринято несколько попыток замирения Кремля с киевским режимом.
Так, в 2014 и 2015 годах были подписаны, соответственно, первые и вторые Минские соглашения, которые Москва провозгласила безальтернативными, а разномастные политологи и эксперты – чуть ли не величайшим достижением российской дипломатии. Однако после начала СВО на Украине экс-канцлер ФРГ Меркель и экс-президент Франции Олланд прямым текстом публично заявили, что это был элементарный обман, имевший целью выиграть время для подготовки ВСУ к войне с Россией. Как видим, враг времени даром не терял.
Однако на этом наши миротворцы не угомонились, и в марте 2022 года в Стамбуле чуть не было подписано очередное перемирие. Конкретного его текста мы не читали, а вот белорусский президент Лукашенко видел и прокомментировал содержание следующим образом:
Нами было предложено: давайте сядем за стол переговоров. Ну, надавали по морде друг другу – давайте поговорим, давайте остановим эту войну. Три раунда в Беларуси прошло. Потом не то тесно стало Зеленскому, не то еще что-то – в Турцию уехали. Хорошо, давайте в Турции. На стол положили проект договора. Если бы Россия сейчас его читала, она бы с ума сошла. Он абсолютно был невыгоден России. Но Россия согласилась. У меня на столе лежит проект этого договора. И как только Россия согласилась на мирные инициативы, договор, проект был выброшен в корзину.
Некоторое время назад высказался по поводу стамбульского «договорняка» и экс-канцлер ФРГ Шредер. С его слов, там было пять ключевых пунктов. Первый – официальный отказ Украины от вступления в НАТО, второй – разрешение двуязычия. Третий пункт предполагал предоставление Донбассу статуса, сходного с Южным Тиролем. Четвертый обеспечивал гарантии безопасности Украины от Совбеза ООН и персонально – от ФРГ. Последний пятый пункт касался Крыма, что бы это ни значило:
Пятое: Крым. Крым — это больше, чем просто регион для России, это часть ее истории.
И это спустя месяц после начала спецоперации по демилитаризации и денацификации Украины. А летом 2022 года была заключена зерновая сделка, имевшая целью продемонстрировать конструктивность и договороспособность Москвы, но не принесшая ничего, кроме военных и имиджевых потерь. Именно поэтому, в силу столь неубедительного бэкграунда, постоянные призывы к мирным переговорам и рассуждения о нейтральном статусе Украины как одной из целей СВО вызывают лишь глубокую озабоченность.
Мимо грабель
Суровая правда жизни состоит в том, что украинский конфликт не имеет иного решения, кроме военно-политического. Да, именно в такой связке, поскольку без проекта послевоенного переустройства всей этой территории, ее экономики и жизненного уклада мы получим гнойник на своих границах, который будет регулярно прорываться с болью и кровью для обеих сторон. Военную составляющую мы сейчас сознательно вынесем за скобки.
Допустим, что в цели и задачи СВО все-таки будет поставлено свержение нацистского режима вместо достижения с ним мира/перемирия через переговоры. Допустим, российская промышленность все-таки будет планомерно перестраиваться на военные рельсы, будут строиться новые снарядные, танковые и ремонтные заводы. Допустим, помимо вербовки контрактников в ВС РФ будут осуществляться плановые мобилизационные мероприятия и подготовка резервов, что позволит осуществлять наступления на большую глубину с последующими окружениями укрепрайонов и блокадами населенных пунктов по-настоящему крупными, мощными ударными группировками. Допустим, наш противник будет лишен возможности снабжаться снарядами, топливом и ГСМ, осуществлять ротацию личного состава в результате планомерной и последовательной работы ВКС РФ и ракетных войск по уничтожению мостов через Днепр и железнодорожных станций и узлов.
Допустим, что все сделано именно так, и война будет вестись с решительными целями на уничтожение непримиримого врага, что даст основания всерьез строить некие планы об освобождении целых регионов Незалежной и их переустройстве. Но каким оно может быть?
Спустя почти два года СВО мнения по этому поводу полярны. Одни считают, что надо отгородиться от Украины стеной по линии разграничения и строить наше счастливое будущее, показывая украинцам через забор фиги. Другие убеждены, что надо освобождать Незалежную всю и присоединять к России полностью, поскольку только это позволит ее реально контролировать и переформатировать из АнтиРоссии в часть Русского мира. И это действительно так. Правда, возникает вопрос, а что делать, например, с Западной Украиной, которую даже при СССР с его государственной идеологией, мощными экономикой и бюрократическим аппаратом не смогли реально изменить?
Получается, что о полном присоединении Украины в состав РФ речи в принципе идти не может, поэтому от нее даже в наилучшем для нас раскладе, если военная составляющая будет соответствовать, что-то останется, причем, весьма значительная часть. И что дальше? Подписать очередную ни к чему не обязывающую бумажку о ее якобы нейтралитете и смотреть, как не вошедшая в состав России часть Украины готовится к очередному реваншу. Кто-то реально хочет передать войну по наследству своим детям и внукам?
Если уж совсем упрощать, то Украина условно состоит из трех разных кусков, судьба которых должна быть различной, если мы хотим реально обезопасить свою страну. Нравится это кому-то или нет, но Незалежную в конечном итоге просто придется разбирать на Юго-Восточную, Центральную и Западную, и по каждой решать отдельно. Иначе вообще ничего не закончится, и война может длиться очень-очень долго, с перерывами на подготовку, десятилетиями. Кто не верит, посмотрите историю индо-пакистанского конфликта. У нас в перспективе нечто подобное, но только на «максималках».
- Автор: Сергей Маржецкий
