Специальная военная операция на Украине выявила одну из главнейших проблем российской армии – острый дефицит БПЛА всех типов, от разведывательных до ударных. По факту к СВО наша страна подошла еще только с зарождающейся беспилотной тактической авиацией, но воевать надо здесь и сейчас. Что делать?
Гонка беспилотных вооружений
То, что Россия с опозданием начала внедрять в своих войсках беспилотные технологии, минувшим летом признал профильный вице-премьер, курировавший тогда оборонный сектор, Юрий Борисов:
Думаю, что мы с опозданием занялись серьезным внедрением беспилотных средств – это объективно. Хотя сирийский конфликт подтолкнул нас к этому – мы динамично развиваемся в этом направлении и имеем практически все типажи беспилотных средств.
В конце 2022 года президент Путин на расширенной коллегии Минобороны РФ поставил задачу обеспечить беспилотниками нужных им типов подразделения ВС РФ разных уровней:
Опыт специальной военной операции показал, что использование беспилотников стало практически повсеместным, такой арсенал средств должен быть в боевых отделениях, взводах, ротах, батальонах. Цель должна засекаться максимально быстро, а информация передаваться для нанесения удара в режиме реального времени.
Потребности российской армии в беспилотной тактической авиации огромны, необходимы БПЛА всех типов — разведывательные, разведывательно-ударные, ударно-разведывательные и беспилотники-камикадзе. Наши войска должны иметь возможность непрерывно вести воздушную разведку, корректировать артиллерийский огонь, осуществлять оперативный контроль, наносить ракетно-бомбовые удары с БПЛА и т.д.
На определенном этапе СВО настоящий фурор наделали взявшиеся буквально «из ниоткуда» дроны-«камикадзе» под названием «Герань — 2», в которых довольно легко можно опознать иранские беспилотники семейства «Шахид». Обрусев, те «Герани» наделали много шума на Украине, однако всякое действие рождает противодействие. «Западные партнеры» начали помогать киевскому режиму с усилением системы ПВО, и эффективность применения «перелицованных персов» объективно начала снижаться. При этом возникла новая угроза: при помощи блока НАТО ВСУ стали собирать собственные дроны-«камикадзе», которые начали наносить удары уже в российском тылу. Трижды украинские «Стрижи» как-то сумели долететь до авиабазы Дальней авиации ВКС РФ в Энгельсе, что в 700 километрах от границы. В Киеве грозятся, что вот-вот получат дроны, которые смогут преодолеть расстояние и в 1000, и в 3300 километров.
Сама логика боевых действий показывает, что теперь необходимы более мощные и эффективные дроны, а также средство противодействия их аналогам. Какие же могут быть варианты?
Иранский «военторг»
«Каман — 22» (Kaman 22) – это первый тип БПЛА иранского производства, который мог бы заинтересовать российскую армию. Это широкофюзеляжный беспилотный летательный аппарат с максимальным функционалом, внешне очень напоминающий американские MQ — 1/RQ — 1 Predator и MQ — 9/RQ — 9 Reaper. Его основное назначение — радиоэлектронная борьба и разведка, но он также является и оперативно-тактическим ударным беспилотником.
«Каман — 22» собран из композитных материалов и имеет низкую ЭПР, что делает его малозаметным для РЛС противника. Иранский БПЛА имеет семь точек подвески: на шести точках, расположенных под крыльями, размещается различное вооружение: высокоточное оружие (ракеты и бомбы), БПЛА воздушного старта, а на седьмой точке, под фюзеляжем, размещается аппаратура наблюдения и визуализации (камеры инфракрасного и видимого спектра), лазерные дальномеры и целеуказатели, аппаратура радиоэлектронной борьбы и др. Электронно-оптическое оборудование данного БПЛА — МОЭС OGHAB 4D/4H иранского производства — предназначено для ведения разведки, целеуказания и корректировки огня артиллерии в режиме реального времени.
На седьмой точке подвеса находится контейнер ECM Pod X Band Jammer, предназначенный для создания активных радиопомех линиям спутниковой радиосвязи противника. При необходимости там могут быть размещены модули с другим оборудованием: контейнер с оборудованием направленного действия для глушения и постановки помех РЛС противника; контейнер электронного противодействия, предназначенный для создания помех и ложных сигналов с целью помешать работе радаров противника; контейнер идентификации целей и целеуказания для наведения высокоточных боеприпасов и так далее. Радар Absar иранского производства работает в любых погодных условиях, обеспечивает круглосуточное наблюдение, создает изображения местности на расстоянии. Навигация и управление БПЛА осуществляется при помощи спутника.
Боевая нагрузка «Камана — 22» составляет 300 килограммов. Специально под него была разработана целая линейка интеллектуальных боеприпасов: ракеты класса «воздух-воздух», класса «воздух — поверхность» и противокорабельные крылатые ракеты, гибридные летательные аппараты, высокоточные сбрасываемые планирующие бомбы с лазерным наведением, обычные сбрасываемые бомбы, а также бомбы малого диаметра.
В общем, очень серьезный аппарат. Если иранцы готовы продать некоторое количество таких в экспортной версии, надо брать.
«Шахед — 161 Сайга» (Shahed — 161 Saeghe) и «Шахед — 141 Сайга» — это еще одно незаконнорожденное дитя американского и иранского авиапрома. Создано данное семейство беспилотников на основе технологий трофейного RQ — 170 Sentinel ВВС США, доставшегося персам под Кандагаром.
Они изучили начинку секретного американского разведывательного БПЛА, созданного по схеме «летающего крыла», и создали несколько уменьшенных в размерах вариаций — «Шахед — 161 Сайга» (Shahed — 161 Saeghe) с реактивным двигателем и «Шахед — 141 Сайга» с винтовым. Вооружение беспилотников данного типа составляют до двух корректируемых авиационных бомб (КАБ) «Садид — 345» (Sadid — 345) либо противотанковых управляемых ракет «Садид — 1» (Sadid — 1), размещенных на подвеске под корпусом.
Корпус, выполненный из композитных материалов и малозаметный для РЛС противника, может позволить ВС РФ применять подобные ударно-разведывательные БПЛА в глубине фронта. Вещь!
Каррар (Karrar) – это один из самых любопытных ударно-разведывательных беспилотников иранского производства. Турбореактивный двигатель марки Toloue — 4 позволяет ему преодолевать максимальное расстояние в 1000 километров в разведывательной версии, но в ударной, при подвеске неуправляемых или корректируемых бомб, оно снижается до 400 километров. Практическая высота достигает 9 км.
При этом Karrar может использоваться не только для разведки или воздушных ударов по наземным целям, но и для воздушных боев. Невероятно, но иранцы смогли оснастить реактивный беспилотник шестиствольным 7,62-мм пулемётом Akhgar, клоном американского M134 Minigun, и ракетами «воздух-воздух» Azarakhsh с инфракрасной головкой самонаведения, представляющими собой копию американских AIM — 9 Sidewinder. Благодаря этому БПЛА может эффективно применяться как уничтожитель вражеских дронов, вертолетов и даже некоторых типов самолетов.
- Автор: Сергей Маржецкий
