Фото: dep.smolinvest.com Россия
В СССР первые шаги к созданию внутренних офшоров были предприняты в конце 1980-х.
Прообразы современных офшорных территорий существовали на протяжении всей истории в виде зон с льготными налоговыми и таможенными режимами — мы не были первыми. Финикийские колонии в Античности, вольные города Ганзейского союза и итальянские приморские республики в Средние века. Однако тогда льготы распространялись только на местных жителей, отметил управляющий партнер компании «Русяев и партнеры», юрист Илья Русяев.
В СССР первые шаги к созданию внутренних офшоров были предприняты в конце 1980-х на основе закона «Об основах экономических отношений». В 1991 году появились свободные экономические зоны (СЭЗ) в ряде регионов, в том числе в Выборге и на Находке.
В 1991 году разрешили открывать предприятия на льготных условиях для иностранных инвесторов. При этом ставки налогов сильно различались в разных СЭЗ.
«Русская Ингушетия» и офшор в Калмыкии
Первым крупным внутренним офшором России стала Зона экономического благоприятствования «Ингушетия», созданная в 1994 году. Благодаря освобождению от федеральных налогов и существенному снижению региональных ставок, за три года было зарегистрировано свыше 3 тыс. компаний. Регистрацию вела ФПГ «БИН», взимая по $4-5 тыс. с фирмы. Потери федерального бюджета оцениваются в 1,65 трлн неденоминированных рублей.
Данные о регистрационном сборе с фирмы относятся только к зоне экономического благоприятствования (ЗЭБ) «Ингушетия». Эту регистрацию вела финансовая корпорация БИН (так её правильнее называть, чем я выше написал), выступавшая официальным агентом правительства Ингушетии.
© GLAVNY.TV
Цифра потерь федерального бюджета — уточняю — с 1994 по 1997 годы составили 1 млрд 388 млн деноминированных рублей — относится только к ЗЭБ «Ингушетия», это оценка ФНС Ингушетии. Это сумма возвращенных в бюджет республики из федреального бюджета налогов, уплаченных туда резидентами офшора. Наверняка, одно из крупнейших состояний смог сделать Михаил Гуцериев — точная цифра, сделанная на офшоре с помощью компании БИН неизвестна, но в 2021 году Форбс оценивал его состояние в 4,2 млрд. долларов.
По стопам Ингушетии и Калмыкии пошли Алтайский край, Мордовия, Эвенкия, Чукотка, Магадан. Они ввели собственные режимы льготного налогообложения.
Криминал и рост капиталов: В 1990-е годы внутренние офшоры активно использовались для ухода от налогов, отмывания криминальных доходов и вывода капиталов за рубеж по сложным офшорным схемам.
«Черные дыры» для бюджета
Бегство российского бизнеса в офшоры в 1990-е на фоне либерализации привело к обвалу налоговых поступлений в бюджет и росту дефицита.
К 2005 году, по разным данным, от 100 до 500 тысяч российских компаний были зарегистрированы в офшорах. Бюджетные потери исчислялись миллиардами долларов ежегодно. Офшорные схемы активно использовали крупнейшие корпорации и госкомпании.
В 1999 году ЦБ составил «черный список» офшоров и обязал банки отслеживать подозрительные операции клиентов с ними. А в 2005 году деятельность большинства внутренних офшоров в России была прекращена после принятия закона о создании специальных экономических зон с льготными режимами. Исключение сделали лишь для Калининградской области и Магадана.
cbr.ru
Таким образом, задуманные для развития экономики российских регионов, внутренние офшоры 1990-х превратились в «дыры» для утечки бюджетных доходов. А криминальные структуры широко использовали их для отмывания денег и наращивания капиталов.
Согласно данным Счетной палаты, на 2016 год на создание 33 ОЭЗ было направлено 122 млрд рублей из федерального бюджета, но поступления в виде таможенных и налоговых платежей составили лишь 40 млрд рублей. При этом было создано всего 18 тыс. рабочих мест вместо запланированных 25 тысяч. Многие ОЭЗ так и не освоили выделенные им земельные участки.
Эксперты отмечают, что относительно эффективными оказались лишь некоторые ОЭЗ, такие как «Алабуга» в Татарстане, ОЭЗ в Липецкой, Самарской областях и Санкт-Петербурге. Деятельность остальных зон была признана неэффективной или вовсе не ведущейся.
Проблемы подсчета
Одной из ключевых проблем стало отсутствие комплексной методики оценки эффекта от создания ОЭЗ. Используемые разрозненные показатели, такие как количество рабочих мест, объемы производства, размер инвестиций и налоговые отчисления, не позволяли системно оценить общий экономический эффект.
Также отмечалось недофинансирование ОЭЗ со стороны регионов — согласно Счетной палате, регионы недофинансировали ОЭЗ на 45,7 млрд рублей.
Фото: Главный региональный
Причинами создания особых административных районов (САР) в Приморье и Калининграде, скорее всего, были их выгодное географическое положение и стремление властей создать более благоприятные условия для ведения бизнеса в этих регионах.
Особенности регионов
Приморье привлекательно своей близостью к странам Азиатско-Тихоокеанского региона, что открывает возможности для развития торговли и логистики. Между тем, Калининградская область является самым западным регионом России, анклавом внутри Евросоюза, что также создает преимущества для внешнеэкономической деятельности.
Переезд российского бизнеса в «родные гавани» САР, вероятно, не является очень активным. Но сейчас этот процесс разгоняется все быстрее — многие крупные корпорации инициируют редомициляцию и возвращаются в юрисдикцию РФ, в частности и в ОЭЗ. Часто они решаются на переезд чтобы обезопасить себя от возможных новых санкций и ограничений в будущем. Также облегченный порядок перерегистрации и создания международных компаний в САР для передачи им активов может привлекать определенную часть бизнеса.
Сейчас мы наблюдаем масштабный процесс ухода российского бизнеса из-под иностранных юрисдикций в связи с беспрецедентными санкциями Запада. Крупнейшие компании, которые еще не успели перерегистрироваться в России или дружественных странах — это Яндекс, Тинькофф банк, HeadHunter, Ozon, ЦИАН, X5 Group, ЕВРАЗ, Русагро и ряд других.
Причины здесь разные. Одни столкнулись с проблемами управления и выплаты дивидендов из-за санкций. Другие хотят перевести все активы под российскую юрисдикцию, чтобы избавиться от лишних рисков. В общем, всем приходится решать, как жить дальше в новой реальности.
Что касается возможного обратного процесса — переезда компаний из России, то такой сценарий на данный момент практически нереален. Мир раскололся на два лагеря, и бизнес вынужденно интегрируется в ту или иную орбиту. Пока с российскими компаниями все в основном движется строго в одном направлении.
За рубежом отношение к российским специальным административным районам, типа того же Калининграда или Владивостока, довольно настороженное. Их рассматривают как возможный инструмент для обхода санкций. Впрочем, для самих россиян САРы становятся отличным решением проблемы редомициляции.
