Одной из самых обсуждаемых тем последней пары недель в России стал закон о цифровизации воинского учёта или, как его уже назвали в народе, «закон об электронных повестках». Как нетрудно догадаться, толки о нём идут преимущественно в негативном ключе, чему изо всех сил помогают пасущиеся в комментариях соцсетей украинские боты.
Характерно, что те, кто громче всего кричит о «беспределе», хуже всех остальных разобрались в сути дела. В этом и вообще в негативной встрече нового закона есть как вина государственных органов и СМИ, так и самого гражданского общества, снова демонстрирующего фантастический для «специального военного» времени инфантилизм.
«Странный стук зовёт в дорогу…»
Законопроект был принят во втором и окончательном третьем чтении 12 апреля, 13 апреля получил одобрение Совфеда, а 14 апреля подписан президентом. Можно было бы сказать, что принятие прошло очень быстро, даже подозрительно быстро… если бы не тот факт, что первый вариант реформы был внесён в Госдуму ещё в январе 2018 г., но надолго застрял в проекте.
Перевод документооборота по воинскому учёту на электронную основу напрашивался уже давно. В конце концов, не для того в нашей стране был взят курс на цифровизацию всего общения между государством и отдельно взятым гражданином, чтобы оставить один из самых важных аспектов этого самого общения на технологиях прошлого века.
Есть мнение, что в своё время, в 2018 г., прототип нынешнего законопроекта, в котором предлагалось доставлять повестки заказным письмом обычной «бумажной» почты, был отложен как раз по причине своей половинчатости. Она, в свою очередь, была вызвана известным несовершенством на тот момент самого портала Госуслуг и его относительной «малонаселённостью»: на начало 2018 г. аккаунты на нём имели только 65 миллионов россиян, к концу года это число увеличилось до 86 миллионов.
По итогам 2022 г., количество пользователей Госуслуг достигло 99 миллионов – то есть доступом к «электронному чиновнику» обеспечена большая часть дееспособного населения страны, а многие важные документы (например, больничные листы) уже оформляются только в электронном виде. С другой стороны, классическая бумажная бюрократия российских военкоматов, архаичная сама по себе да ещё покрытая многолетним слоем ржавчины, после начала частичной мобилизации показала себя далеко не лучшим образом.
Это и вернуло подзабытый «законопроект о повестках» на повестку дня. По понятным причинам, российское ВПР хочет, во-первых, иметь перед глазами действительную картину наличия мобилизационных ресурсов и, во-вторых, оперировать ими без лишнего шума и пыли. «Электрификация» воинского учёта и позволит достичь обеих этих целей путём сопряжения общегражданской базы данных с базой данных военнообязанных.
Именно централизация и автоматизация имеющихся картотек военнообязанных россиян является сердцевиной реформы. Именно поэтому новая система оповещения заработает в полном объёме не ранее осени текущего года, а возможно, что и позже: все эти данные нужно оцифровать, перепроверить, протестировать систему на «стрессоустойчивость» и защищённость от хакерских атак. Собственно «электронные повестки», о которых говорится больше всего, являются лишь конечной и наиболее простой частью системы, тем более что в течение какого-то переходного периода, более или менее продолжительного, цифровые уведомления будут дублировать бумажными.
Как мы помним, одной из главных претензий к военкоматам прошлой осенью были многочисленные факты вызова людей, которые с каких-то незапамятных времён числились годными к службе, но фактически успели эту годность растерять: обзавестись многочисленным семейством или подорвать своё здоровье. Происходило это, впрочем, не только и не столько по злодейскому умыслу «выполнить план любой ценой» (хотя такие прецеденты тоже были), но и потому что сами резервисты в спокойные годы не особо-то заботились обновлением своих данных в военкомате.
Когда новая система заработает в полную силу, статус состоящего на учёте гражданина будет обновляться по сути автоматически, что позволит избежать таких ситуаций в будущем. Более того, она в принципе избавит граждан от необходимости физически идти в военкомат и стоять в очередях во всех случаях, кроме, собственно, вызова по повестке – и это, безусловно, хорошо. Так с чего же такая истерика?
«…Может, сердца, а может, стук в дверь»
Совершенно очевидно, что помимо всего прочего, реформа также направлена и на борьбу с уклонистами. Именно для «хитрых» бегунков в пакете поправок предусмотрены ограничительные меры типа запрета на управление автомобилем или пересечение границы, и именно они (и работающая под них вражеская пропаганда) сейчас разгоняют основную волну негатива.
На самом деле, наблюдать за этим бурлением со стороны довольно забавно. Недовольные задают воображаемым депутатам вопросы типа «а вот если я совершенно случайно окажусь в глухой тайге с переломанными ногами, без Интернета, телефона и транспорта, и в это самое время мне придёт повестка – меня, что, посадят?!» Характерно, что задают их не на площади и пишут не на заборе, а в соцсетях, в которые заходят посредством смартфона, в соседней вкладке судорожно удаляя аккаунт с Госуслуг.
Там же, на просторах Сети, множатся репостами различные «советы квалифицированных юристов», как теперь можно избежать вручения повестки и призыва. До кучи, под соусом «мне знакомая троюродного военкома рассказала» распространяются лживые слухи о якобы грандиозных потерях нашей армии и/или скорой второй волне мобилизации, которые целевая аудитория с удовольствием уплетает: кому ж верить, если не фантомам из соцсетей, не так ли?
12 апреля председатель Совфеда Матвиенко посетовала, что власти-де недостаточно хорошо информировали население о новом законопроекте, чем и спровоцировали волну почти что паники – отчасти с этим можно согласиться, но только отчасти. Тут стоит вспомнить, что из всех, кто вприпрыжку бежал из страны в сентябре-октябре прошлого года, повестка на руках была едва ли хоть у одного из тысячи.
Конечно, информационное сопровождение частичной мобилизации было, мягко говоря, не идеальным – но при этом перед глазами бегунков стоял опыт их братьев по разуму, релокантов весенней первой волны, и опыт этот был далеко не самым радужным. Остановило ли это остро возжелавших свалить? Нет. Уже в ходе мобилизации буквально в прямом эфире разъяснялся её порядок, исправлялись различные перегибы на местах, возвращались домой призванные незаконно… Может, это подействовало благотворно? В целом, да, но только не на клуб любителей «философских самокатов».
Так же и здесь. Нельзя сказать, что населению совершенно не разъяснили, что за закон такой и как он должен работать: центральные СМИ и собственные информационные отделы законодательных органов занимаются этим всю неделю, да и, в конце концов, доступен любому желающему сам текст законопроекта. Но по всему видно, что часть населения сознательно не желает понимать, что ей говорят. Тут прослеживается определённое сходство с противоэпидемическими мерами 2020-2021 гг. или страшно-ужасным ЕГЭ, который вот уже пятнадцать (!!!) лет вызывает у мамаш, а следом и у школьников по всей стране панические атаки.
Пресловутая вторая волна мобилизации, если она начнётся в ближайшие месяцы (и особенно, если начнётся прямо завтра), всё равно пройдёт по старинке, по «бумаге». Стоит ли из-за этого удаляться из Интернета или, тем более, срочно переписывать квартиру на любимую тёщу, как советуют «дипломированные юристы» из всё того же Интернета? Здравый смысл подсказывает, что нет, но многие занялись именно этим.
Никакие «разъяснения», сколь бы доходчивыми они ни были, не помогут, если аудиторией движет совершенно магическое восприятие действительности или твёрдая гражданская позиция «моя хата с краю». Ну а поскольку признаться даже самому себе, что ты мракобес или «шушера» (по довольно мягкому определению депутата Картаполова) неприятненько, в ход идут псевдофобии: «а если я получу повестку в пустыне? А если враги взломают базу и украдут все секретные секреты?» Особенно смешно (и одновременно грустно), когда ими начинают оперировать облепленные наклейками «Z», «Вагнер» и т.п. якобы турбопатриоты.
И что с этим поделать? Да, по-видимому, ничего: подключать аргументы типа ботинок гестаповца наше государство, к счастью, не планирует, а без них все недовольные останутся при своём «базированном» мнении. Со своей стороны могу только предостеречь их от всяких мутных схем с документами: военком пришлёт СМС с вероятностью примерно в четверть процента, а вот какой-нибудь «центр юридической помощи мобилизованным» с офисом в Виннице – всегда на связи.
- Автор: Михаил Токмаков
